инфоцентр • статья
Наталья Демина прокомментировала РБК «дело брокеров»
Специалист
Наталья Демина
17.07.2026
Публикации в прессе

В конце мая 2026 года стало известно об уголовном деле в отношении бывшего генерального директора брокера Mind Money Юлии Хондошко и генерального директора брокера «Инвестиционная палата» Алексея Седушкина. Обоим предъявили обвинения по ч. 4 ст. 159 УК РФ («Мошенничество в особо крупном размере») при проведении операций с ценными бумагами с нарушением контрсанкционного законодательства, в том числе фальсификации брокерских отчетов, чтобы получить право на расконвертацию американских депозитарных расписок (ADR). Однако, по словам Юлии Хондошко, сделки с ценными бумагами, привлекшие внимание ФСБ и ставшие основой «дела брокеров», были типичными для российского рынка.

Напомним, 16 апреля 2022 года в ответ на остановку западными площадками торгов в ценными бумагами российских эмитентов Владимир Путин подписал закон 114-ФЗ, который запретил размещение и обращение на иностранных фондовых биржах депозитарных расписок ена акции российских компаний. Он вступил в силу через десять дней после его опубликования – с 27 апреля. Согласно этому акционерные общества с программами депозитарных расписок должны были свернуть их до 5 мая 2022 года включительно и расторгнуть договоры с зарубежными торговыми площадками или обосновать их необходимость в правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций.

Для тех расписок, которые уже находились в портфелях инвесторов, предусматривалась процедура конвертации, то есть их обмена на локальные акции тех же эмитентов. Для конвертации расписок их держатель должен был подтвердить, что владел им на день вступления в силу запрета на обращение расписок, указывал ЦБ. Если расписки учитывались в российском депозитарии, обмен произошел автоматически. Если учет таких бумаг вел иностранный депозитарий или держатель ADR не мог обратиться за конвертацией из-за санкций, действовал механизм принудительной конвертации – в этом случае полученные инвесторами новые акции от эмитентов оставались на счетах депо «ограниченного назначения».

Продажа таких бумаг ограничивалась решениями совета директоров ЦБ. «Бумаги оседали на специальных счетах депо, перевод активов с которых был ограничен до получения соответствующего подтверждения о списании депозитарных расписок со стороны иностранной инфраструктуры», – пояснила РБК Наталья Демина, партнер, руководитель практики частного капитала Maxima Legal. В целом, по ее словам, конвертация депозитарных расписок в акции тогда носила массовый характер в силу особенностей процедуры – многие эмитенты (более 30) участвовали именно в автоматической процедуре. При этом, как отметила Наталья Демина, если речь идет именно об автоматической, а не принудительной конвертации, предоставление подложных, неточных или ошибочных документов «действительно маловероятно», поскольку процедура не требует вовлечения инвестора.

Механизм конвертации депозитарных расписок в акции был «легальным инструментом», но предполагал наличие у заявителя законно приобретенных и надлежащим образом подтвержденных прав на депозитарные расписки, подчеркнула Наталья. По ее мнению, риски предъявления претензий правоохранительных органов непосредственно инвесторам появляются, если депозитарные расписки были куплены у «недружественного» нерезидента без необходимого разрешения, а также, гипотетически, если инвестор указал недостоверные сведения – например, о своих правах на бумаги, дате приобретения или структуре владения. «Участие в сделке консультанта несильно меняет положение инвестора, так как именно он остается собственником актива и получает выгоду от операции. При этом добросовестное следование рекомендациям профессиональных консультантов, может сыграть роль при оценке того, знал ли инвестор о возможных нарушениях, что может послужить фактором, смягчающим ответственность инвестора», – прокомментировала Наталья Демина.

 

Ознакомиться с материалом на РБК  >>>