ФНС потребовала признать самарскую компанию «Энергоспецстройсервис» банкротом, привлечь нескольких контролирующих ее лиц к субсидиарной ответственности и одновременно попросила принять обеспечительные меры в отношении их имущества. Среди активов одного из таких контролирующих лиц, Нины Лавочниковой, налоговый орган обозначил «100% долей в уставном капитале» личного фонда «ОПОРА», который учредила ответчик. По требованию налоговой первой инстанции суд запретил регистрационные действия с этими «долями», а самому ответчику – отчуждать их, передавать в залог или иным образом обременять. Апелляция оставила это определение без изменения.
Однако в этом деле суды использовали юридически неверную формулировку, пояснила Forbes партнер, руководитель практики частного капитала Maxima Legal Наталья Демина. Личный фонд, отечественная версия западных трастов, – это унитарная некоммерческая организация, у которой нет уставного капитала, разделенного на доли или акции. В автоматизированных судебных системах и повседневной практике судов обеспечительные меры в отношении бизнеса чаще всего стандартизированы, заявляя ходатайства об обеспечении иска, налоговые органы или кредиторы используют привычные трафаретные требования, а суды механически переносят их в текст определений, не вдаваясь в корпоративную специфику новой для рынка организационно-правовой формы, отметила эксперт.
Несмотря на то, что кейс включает техническую ошибку, он является показательным и важным и свидетельствует о том, что личные фонды уже попадают в поле зрения кредиторов, налоговых органов и судов, подчеркнула Наталья Демина. Причем, добавила эксперт, в деле была обнажена связь конкретного лица с фондом, хотя такая информация в публичных реестрах (таких как ЕГРЮЛ) не отображается.
По мнению Натальи, практика будет развиваться по пути выработки точечных, а не шаблонных, обеспечительных мер, учитывающих специфику личного фонда как НКО. Например, это может быть запрет на изменения учредительных документов (во избежание смены выгодоприобретателей или структуры управления личного фонда), запрет на регистрацию изменений в ЕГРЮЛ, касающихся состава органов управления (директора фонда). Будет применяться и прямая норма Гражданского кодекса о субсидиарной ответственности личных фондов в течение трех-пяти лет. Недавно появилось такое дело, но оно еще не было рассмотрено в первой инстанции. Кредитор обратился в суд с требованиями не только признать учредителя личного фонда банкротом, но и привлечь к субсидиарной ответственности сам фонд в связи с большим размером задолженности (1,42 млрд рублей), а также наложить арест на все имущество фонда – деньги, недвижимость, ценные бумаги.