Личные фонды, появившиеся в российском законодательстве в 2022 году, стали для многих владельцев бизнеса надежным способом сохранения активов. Однако сейчас формируется первая судебная практика, определяющая реальные границы ответственности личного фонда по долгам его создателя.
NSP просила старшего юриста, руководителя направления личных фондов Maxima Legal Елизавету Шестакову прокомментировать резонансные дела:
Личные фонды – молодой институт: они появились в российском законодательстве в 2022 году, а стремительно стали создаваться только с 2024-го. Поэтому говорить о сложившейся судебной практике по ключевым вопросам пока рано. Два дела, которые сейчас находятся на слуху, – по сути первые попытки проверить личный фонд «на прочность».
В одном случае речь идет о наложении обеспечительных мер на фонд, и эта попытка оказалось не очень успешной, так как в рамках дела даже не разобрались с природой фонда. Налоговый орган попросил наложить обеспечительные меры на 100% долей в уставном капитале фонда, в то время как никаких долей, принадлежащих учредителю фонда, не существует.
Это принципиально другая форма юридического лица, отличающая от классического ООО: в нем нет долей и участников в привычном нам смысле. Поэтому, несмотря на то что меры приняли, на фонд этот никак не повлияло.
Во втором случае рассматривается возможность привлечь фонд к ответственности по обязательствам учредителя. В течение трех лет с момента создания фонд действительно может отвечать по долгам учредителя. И интересно, что иск был подан буквально за несколько дней до истечения этого срока.
Но неожиданностью эти споры не стали. Возможность предъявления требований кредиторами, оспаривания передачи активов были заложены изначально и должны анализироваться еще на этапе создания структуры – с учетом долгов, существующих и потенциальных споров, момента передачи имущества и целей учреждения фонда.
Поэтому сами по себе эти дела не означают, что личный фонд перестает быть эффективным, а в некоторых случаях и единственным инструментом сохранения и преемственности капитала. Появление таких споров – признак того, что личные фонды активно вошли в нашу жизнь, и институт начинает проходить естественную для любого востребованного инструмента проверку судебной практикой.